... В результате вербовочной работы в Ненецкий округ в течение 1943-1944 гг. прибыло по данным переписи 5 697 человек...

Одним из них был Алёша.

Нельзя точно сказать, как потерялся пятилетний мальчик в тундре. Скорее всего малыш свалился с нард, задремав в пути, а как только проснулся длинные следы от полозьев уже уходили куда-то в даль, постепенно исчезая под покровом снега.

Закутанный в шубку, сшитую из той, что раньше принадлежала его маме, он бродил по живописному и опасному краю. Вот только мальчик нисколечко не боялся.

Наст хрустел под его ногами, как печенье. А белые облака были сметаной! Густой, немного кислой, но такой вкусной с сахаром и блинами. Вот бы он мог просто взять и откусить кусочек!

Оголодавший с рождения ребенок давно не видел столько вкусных вещей, пускай и не совсем съедобных. Особенно его завораживал снег, что сиял на солнце дробленым стеклом.

«Полить бы его вареньем яблочным...» — думал он, но дивное пение отвлекло его. На ветке над ним приземлилась золотая птица, размером чуть ли не с самого него.

Алёша поднял глазки и впервые за жизнь увидел настолько прекрасное существо. Нет. Не совсем, он видел такую же в тоненькой детской книжке про жар-птицу.

Затем птица перелетела на веточку ближайшего кустарника. Когда её сияющие перья коснулись его, на нем стали появляться сначала листочки, а затем, буквально за пару секунд на тонких ниточках созрели розоватые ягодки странной малины. Мальчик стал кушать одну ягодку за одной. Делал он это с таким аппетитом, что золотая птица с радостью запела очередную песнь, пока на его на молочных зубках хрустели косточки.

«А может птичка его вновь покормит? Может даст что-то настолько же вкусное как конфетка Цитрон. Такое же ароматное и лимонное.» — подумал Алешка и сразу же последовал за птицей, как только она взлетела.

Малыш старался угнаться за птицей, несмотря ни на что. Над ним, маленьким, возвышались лиственницы, которые со скрипом кивали ему на холодном ветру. Они словно предупреждали его, что ночь приближалась и не только Алёша хотел кушать.

Бывало так: хоп и ножка провалилась в ямку, а из розового ротика вырывается «Ой!», но Алёша поднимался, отряхивал свои штанишки и шёл дальше, переваливаясь точь-в-точь маленький утёнок. Алешка был храбрым мальчиком.

Не забывал он и утереть и свой сопливый носик, который уже раскраснелся, как и его пухлые щёчки, похожие на два заливных яблока.

Пальчики, одетые в рукавички, вскоре стали замерзать. А ножки так сильно болели, и при этом он все ещё не покушал. Но он боялся плакать из-за этого, ведь мама опять ему пригрозить пальчиком.

— Мамочка, — прошептал мальчик синеватыми губками, и из его ротика вышло белое облачко.

В тот момент ему показалось, что он на самом деле шел домой. Мальчик искренне верил, что еще чуть-чуть и из-за очередной негустой рощей выглянет знакомая деревня, огород, дом... И там его мама обнимет и завернёт в перину его озябшее тело.

Но там не было той деревни. Сейчас он был в сотнях километрах от их ветхого домика, огородика и того резного петушка, которого он спрятал под лавку. Ноги ребенка были просто не в силах преодолеть это непостижимое для детского разума расстояние.

А впереди была лишь бесконечная гладь, чередующаяся с грязными пятнами земли. И тишина.

Хоп и ножка Алешки вновь провалилась в ямку. Вот только он не встал. Взревела птица голосом человеческим и стала кружиться вокруг него приговаривая:

«Не спи Алёша на морозе. Впереди уже сияют огни вокруг чумов. Осталось немного.»

Но он не слышал, ему снилась мама, резной петушок, и теплая печка, в которой потрескивали дрова. Холодные щеки уже не были такими румяными, как августовские яблоки. Земля его забирала к себе, куда-то под землю, вытягивая из Алёши последнее тепло. В бесконечном молчании звезд, и вое диких зверей, едва-едва можно расслышать тихое дыхание Алёши.

Неожиданно рощица позади мальчика захрустела и стала подниматься к небосводу. Что-то теплое и мокрое коснулось кожи ребенка...

В ту ночь, говорят, у стоянки видели огромного оленя, на его спине которого взгромоздился небольшой лесок, а на его ветвистых рогах устроилась удивительная птица. В своем рту он и принес маленького Алёшу... А затем великий олень медленно ушел, грациозно ступая, туда, где садилось солнце.


***


В 1961 году мой дед работал геологом на Ямале. Там он и услышал эту байку про местного Алёшу-оленевода, которые местные ненцы охотно рассказывали советским ученым.

Однако сам герой истории никогда её не отрицал и лишь изредка добавлял: «Мелким я был, что с меня было взять».

Голубоглазый блондин и правда сильно контрастировал с ненцами. Вот только Алёша все равно держался с ними на равных и не особо отличался от местных жителей... душой?

Даже, когда мой дед спросил Алёшу, не хотел бы он отравиться на большую землю и узнать больше о своих корнях, тот скромно ответил:

— Меня эта земля не просто так спасла, ей я и доверюсь.

И с этим никто не мог поспорить.

А В Т О Р

НИКИТИНА

Зинаида Владимировна


г. Люберцы
Московская обл.